FacePla.net

Эти смышлёные пернатые (Corvus corax) входят в список самых умных живых обитателей нашей планеты, и появляется всё больше доказательств их ярких способностей к аналитическому мышлению – логическое мышление, изготовление орудий труда, быстрая адаптация к изменяющимся условиям. И у ворон, и у карликовых шимпанзе соблюдено одинаковое соотношение размера мозга и массы тела.

Недавние исследования подтвердили, что эти птицы умеют разговаривать с помощью языка жестов, вербально, а так же используя особую систему обмена информацией с сородичами и несколькими поколениями потомков, которая из-за недостаточной изученности пока что кажется учёным примером телепатии, коллективного сознания или генетической памяти.

Первый способ общения – карканье – это целая коллекция сложных, содержательных звуковых сигналов, способная заменить несколько десятков ключевых слов. Орнитологи уже несколько лет изучают этот язык, и, как и в случае с дельфинами, сумели обнаружить различные региональные диалекты.

Симон Пика (Simone Pika) из Института орнитологии в городе Зеевизен (Германия) и Томас Багнайяр (Thomas Bugnyar) из Венского университета (Австрия) обнаружили у взрослых воронов склонность к общению с себе подобными на языке жестов. До сих такой высокий уровень развития и тип поведения был обнаружен только шимпанзе: несколько жестов помогают им указывать на интересующий их объект, будь то аппетитный фрукт, хищник или ещё что-то. Вороны оказались даже более успешными в невербальном общении – если умения обезьян сводятся к простому указанию на что-либо, то птицы ещё и конструктивно реагируют на ответные жесты своего собеседника, корректируя своё дальнейшей повествование. Исследователи опубликовали отчёт в журнале «Nature Communications», в котором они утверждают: данное открытие роднит ворон не столько с высшими приматами, сколько с человеком.

Долгосрочный эксперимент проходил в горных альпийских лесах неподалеку от деревни Грюнау (центральная Австрия). Пика и Багнайяр поймали несколько особей из одной колонии ворон и пометили их, после чего в течение нескольких месяцев снимали их повседневную жизнь на цифровую видеокамеру. Анализ общения птиц, состоящих в паре, а также встреч со знакомыми воронами показал преобладание у пернатых классического диалога. Суть его заключается в том, что одна из ворон, обнаружив что-то интересное (необычный кусочек дерева, мха или камешек), спешит поделиться своим приобретением с близкими – иногда обсудить находку, а иногда и сделать подарок собеседнику!

Прежде, чем начать дискуссию, инициатор склоняет голову и замирает в ожидании решения других птиц: согласятся ли они обменяться мнениями, или отвергнут предложение. Когда птицы не заняты личными проблемами (в 3 случаях из 4), они поворачиваются к инициатору и смотрят на него или на раздобытый предмет. Отказ от беседы может выглядеть как игнорирование «поклона» или агрессивный выпад. Такой обмен мнениями, по предположению орнитологов, укрепляет взаимоотношения в семейных парах и в колонии ворон в целом.

И, наконец, третий и загадочный способ общения – это передача точнейших нюансов и деталей не только от одной вороны к другой, но даже через поколения птиц. Вороны умеют различать и на годы запоминать лицо человека (без привязки к виду одежды), если он хотя бы попытался обидеть одну из птиц. Этого человека они узнают через год, через 10 лет – его узнают даже внуки нынешних пернатых, которых никогда не видели самого обидчика и никак не пострадали от его действий. Об опасности такого индивидуума быстро узнают едва ли не все местные вороны, которые не были очевидцами преступления – и часто это оборачивается массовым заговором ворон. Завидев такого человека, они начинают громко кричать, кружить над ним и в некоторых случаях так же украшать его одежду белыми «кляксами» собственного производства. Они так же могут вычислить дом обидчика и делать разные пакости. Каким же образом вороны развили такую информационную мощь? Ответ на этот вопрос учёным ещё предстоит дать нам в будущем.