FacePla.net

Сложно поверить, но когда-то Антарктика была покрыта гигантскими лесами.

Сто миллионов лет назад Земля переживала сильнейший парниковый эффект. Почти весь полярный лед растаял, и на ранее замерзших территориях появились населенные динозаврами влажные леса. Эти действительно удивительные антарктические экосистемы были приспособлены к долгим месяцам полярной зимы, которая на полюсах длится шесть месяцев. Но если глобальное потепление продолжится, могут ли возродиться эти древние леса?

Одним из первых людей, обнаруживших доказательства зеленой в свое время Антарктики был никто иной, как исследователь Роберт Фэлкон Скотт. Прокладывая путь с южного полюса в 1912 году, он наткнулся на окаменевшие растения на леднике Бирдмора на 82 градусе к югу. Лишний вес этих образцов мог стать серьезным фактором безвременной кончины исследователя. Тем не менее, эти окаменевшие находки также открыли возможность узнать многое о субтропическом прошлом Антарктики.

Леса в вечной мерзлоте

Дело Скотта решила продолжить отважная исследовательница Джейн Френсис, профессор Лидского университета. Она провела 10 полевых сезонов в Антарктике, собирая окаменевшие растения, и в 2002 году получила королевскую Полярную медаль.

«Я все еще считаю идею, что Антарктика когда-то была покрыта лесами, совершенно ошеломляющей, - призналась она корреспондентам ВВС. – Кажется естественным, что Антарктика всегда была замерзшей пустыней, но по данным  геологической истории полярные шапки появились сравнительно недавно».

На сегодняшний день одна из наиболее удивительных ископаемых находок Френсис была обнаружена в Трансантарктических горах недалеко от места, где Скотт совершил свои открытия.

«Мы находились высоко на обледеневших пиках, когда обнаружили слой осадочных пород, буквально заполненный хрупкими листьями и ветками», - вспоминает она.

Эти ископаемые окаменелости оказались остатками низкорослых кустов букового дерева. Их возраст всего лишь от трех до пяти миллионов лет, и они оказались последними растениями, которые жили на континенте до того, как воцарился глубокий холод. Однако другие находки указывают, что субтропические леса действительно существовали в Антарктике гораздо раньше, еще в эпоху динозавров, когда высокий уровень СО2 стал причиной необычайного глобального потепления.

«100 миллионов лет назад Антарктика была покрыта буйными влажными лесами, схожими с теми, что сейчас растут в Новой Зеландии, - говорит доктор Ванесса Бауман, сотрудница Френсис в Лидском университете. – Мы постоянно находим целые окаменелые бревна, которые должны остаться после действительно больших деревьев».

Профессор Френсис отполировала тонкие срезы этих бревен, чтобы увидеть возрастные кольца в дереве. Изучение этих годичных колец проливает свет на доисторический климат.

Секреты темноты

Пожалуй, самой таинственной и озадачивающей особенностью полярных лесов была их способность адаптироваться к антарктическому световому режиму. На полюсе ночь царит всю зиму, в то время как летом солнце сияет даже в полночь.

Профессор Университета Шеффилда и автор книги «Зеленая планета» Дэвид Бирлинг так определил проблему, с которой столкнулись антарктические деревья в этой необычной среде обитания: «Во время длинных периодов теплой зимней темноты деревья потребляли свои запасы пищи». Если так продолжалось слишком долго, в конечном итоге они начинали «голодать».

Чтобы понять, как деревья переносили такие трудности, профессор Бирлинг изучал разные виды растений, росших в Антарктике. Имеются в виду такие деревья, как живой реликт гинкго.

«Мы выращивали саженцы этих деревьев в полностью затемненных теплицах, в которых воспроизводили антарктические световые условия, - рассказал он корреспондентам ВВС. – Также мы увеличивали температуру и концентрацию СО2 в соответствии с древними условиями роста».

Его эксперименты продемонстрировали, что деревья отлично справлялись в странной окружающей среде. Хотя они использовали запасы пищи зимой, им удавалось в полной мере возместить их благодаря возможности проводить реакцию фотосинтеза в течение 24 часов в день летом. Фактически основной проблемой казалось то, что деревья не знали, когда остановиться.

«Мы обнаружили, что деревья вырабатывали столько пищи в течение лета, что в итоге это замедляло фотосинтез, - отметил профессор Бирлинг. – В результате они не могли полностью использовать длинные жаркие периоды лета для фотосинтеза».