Loading

Вспоминая Жака-Ива Кусто: Человек моря

Создано 21.08.2010 08:45
Автор: Николай Надеждин

Продолжение. Начало здесь: "Вспоминая Кусто".

Жак-Ив КустоЧетыре зимних месяца 1951-1952 годов соратники Кусто и сам капитан ежедневно надевали акваланги и погружались в тёплые воды Красного моря. Целый день они проводили возле коралловых рифов, всплывая лишь для того, чтобы немного отдохнуть и перезарядить баллоны. Их чувства невозможно было передать словами – в первые дни ныряльщики от восхищения не могли даже говорить, только покачивали головами и разводили руками. Они увидели прекраснейшее на планете море и потрясающе богатый животный и растительный мир.

С Красным морем связано более десяти лет жизни Кусто. Покинув его в феврале 1952 года, он возвращался сюда ежегодно. Красное море не отпускало его. И это неудивительно – по разнообразию форм жизни с Красным морем не может сравниться даже Большой барьерный риф,  тропические атоллы Индийского океана и другие не менее благодатные места.

Животный мир Красного моря уникален. Он настолько разнообразен, что здесь встречается четверть всех видов морских животных, обитающих на Земле. Одних кораллов насчитывается около 400 разновидностей.

Всю зиму Кусто и его команда снимали на киноплёнку подводный мир. В перерывах между погружениями Жак-Ив Кусто и Фредерик Дюма писали книгу. Она вышла в 1953 году под названием «В мире безмолвия». 266 страниц из которых 62 страницы были отведены фотографиям – как черно-белым, снятым ещё в 1936 году, так и новым цветным.

Только в 1953 году и только во Франции эта книга разошлась тиражом в 486 тысяч экземпляров.  А к 1960 году, когда книга была переведена на десятки языков, общий тираж перевалил за… 5 миллионов.

Но потребовались ещё год активных съёмок, три экспедиции – по Средиземному морю, Персидскому заливу и Индийскому океану (у побережья Судана), и два года работы в монтажной, чтобы в свет вышло первое грандиозное кинотворение Командора – фильм «В мире безмолвия». В этой потрясающей по красоте цветной документальной ленте можно увидеть ещё молодого Жака-Ива Кусто и его друзей – Фредерика Дюма и Альберта Фалько. И – дивные подводные пейзажи, диковинных животных, акул, рыб, дельфинов. Всё, что обнаружила под водой команда Кусто, было снято на киноплёнку… Нет далеко не всё. В 86-минутный фильм вошла лишь десятая часть отснятого материала. И самой большой трудностью для Кусто был монтаж. Оставить хотелось всё. Но фильм документальный и совершенно новый для массового зрителя. Интересен ли будет людям подводный мир?

Все сомнения испарились во время премьерного показа картины в 1956 году в Париже. После того, как фильм закончился и в зале дали свет, публика поднялась с мест и устроила Кусто… получасовую овацию! Фильм был представлен на Каннском кинофестивале и получил Золотую пальмовую ветвь, до 2004 года оставаясь единственной документальной картиной, получившей столь высокую награду (в 2004 году такой же приз получил политический памфлет «Фаренгейт 9/11» Майкла Мура). Потом были «Оскар» за лучший полнометражный документальный фильм 1956 года и премия Национального совета кинокритиков США за лучший иностранный фильм.

«В мире безмолвия» до сих пор остаётся одним из лучших фильмов о жизни подводного мира.

И книга Кусто (первая, но далеко не последняя), и его фильм (опять же, далеко не последний) обеспечили впечатляющий доход и сделали Кусто и его команду независимыми от стороннего финансирования. У этого человека, вообще, был дар добывать деньги для своих дорогостоящих экспедиций.

Но как обстояло дело в первые годы? Кусто заключил договор с французским правительством, согласно которому финансирование содержания «Калипсо» производилось за счёт государственного бюджета. В обмен на это Кусто обязался три месяца в году посвящать исследованиям по заказам государственных и коммерческих компаний. Он обследовал дно в районе установки нефтедобывающих платформ. Осуществлял подводные исследования в районе установки опор мостов. Участвовал в поисках затонувших судов. Проводил глубоководную геологоразведку. Искал места для наиболее безопасного захоронения отходов химической промышленности. Но остальные девять месяцев Кусто использовал «Калипсо» исключительно для собственных экспедиций. И правительство на эти довольно солидные траты соглашалось – профессионалы команды Кусто выполняли свою работу в высшей степени эффективно, оправдывая любые расходы.

Жак-Ив Кусто

Так продолжалось до тех пор, пока некоммерческая компания Кусто ни собрала достаточно средств, чтобы отказаться от любых государственных заказов. Главными источниками финансирования экспедиций стали гонорары от книг Жака-Ива, фильмов и телепрограмм...

В начале шестидесятых годов Кусто получил заманчивое предложение от нефтяных и газовых гигантов Англии и Франции – в том числе от «Бритиш Петролеум» и «Газ де Франс» - провести подводные исследования в одной очень любопытной области. Речь шла об организации глубинного дома, в котором могли бы жить подводники. Эти дома планировалось располагать непосредственно в местах нефтяных и газовых месторождений, облегчив тем самым геологоразведочные работы. Параллельно можно было бы провести исследования поведения людей в экстремальных условиях, что принесло бы пользу центрам подготовки астронавтов, поскольку длительное пребывание в подводных домах очень напоминают долгие межпланетные перелёты и дежурства на орбитальных станциях.

Деньги были выделены немалые. И Кусто с энтузиазмом взялся за реализацию проекта, получившего название «Коншельф». Первый подводный дом «Преконтинент 1» планировалось установить в Средиземном море. Это была испытательная стадия проекта, во время которой Кусто намеревался разработать методы обеспечения более-менее длительного безопасного пребывания подводных исследователей.

Первый дом был установлен возле острова Шато-Д`Иф на глубине 10 метров. Два члена команды Кусто Альбер Фалько и Клод Уэсли прожили в этом доме неделю, по 5 часов в день работая на глубинах до 25 метров. Тут же выяснилось первое преимущество подобных сооружений – при возвращении в подводный дом с больших глубин подводникам не приходилось проходить длительную декомпрессию, как при подъёме на поверхность. Кессонная болезнь при таком способе ведения глубоководных работ исключалась.

В следующем 1963 году состоялась самая интересная и самая впечатляющая экспедиция в рамках программы «Коншельф». Второй дом «Преконтинент II» был установлен в Красном море в районе кораллового рифа Шаб-Руми (у побережья Судана). В этом эксперименте уже участвовало пятеро членов команды Кусто, в том числе и его супруга Симона.

Собственно, «Преконтинент II» состоял не из одного, а из двух сооружений – основной, верхний дом «Морская звезда» был установлен на глубине 10 метров, второй, нижний, меньших размеров – на глубине в 30 метров. Чтобы уравнять условия проживания с поверхности в оба дома подавалась не обычная воздушная, а воздушно-гелиевая смесь, лишённая азота и с уменьшенным содержанием кислорода. В верхнем доме особой необходимости в такой смеси не было, но её использование позволяло акванавтам свободно перемещаться между домами без декомпрессии. А для нижнего дома (он получил название «Ракета», поскольку имел вытянутую по вертикали форму) использование воздушно-гелиевой смеси позволяло двум подводникам (больше нижний дом попросту не вмещал) спускаться на глубины более 100 метров. И это было уже близко к рекорду погружения с аквалангом и первый случай долговременного пребывания человека в таких условиях.

Акванавты прожили в домах «Преконтинент II» целый месяц. Заключительная стадия эксперимента прошла в 1964 году, когда следующий дом «Преконтинент III» был установлен снова в Средиземном море рядом с Монако на глубине… в 110 метров. Шестеро акванавтов команды Кусто, в их числе и его сын Филипп, провели под водой 27 дней. Результатом этой экспедиции стал фильм «Мир без света», принесший Кусто третьего «Оскара» (второго он получил в 1960 году за короткометражный фильм «Золотая рыбка»)...

Жак-Ив КустоЕщё в 1957 году Кусто взялся за проектирование и строительство миниатюрной подводной лодки, которая должна была обладать беспрецедентной маневренностью и большим запасом живучести. Кусто, следуя интуиции, выбрал наиболее удачный вариант корпуса – из двух сваренных между собой металлических полусфер приплюснутой формы. Лодка получилась похожей на два сложенных чайных блюдца и получила двойное название «Дениз» или «Ныряющее блюдце». После нескольких лет эксплуатации появился модернизированный вариант лодки, способный погружаться на глубины до 325-350 метров.

Эта лодка до сих пор остаётся уникальным творением Кусто и не имеет аналогов в мировом судостроении. Она не обладала большим запасом хода и большой горизонтальной скоростью. Но этого и не требовалось. На «Калипсо» для этой лодки был построен специальный трюм, на воду она спускалась посредством крана. Движителями лодки были два поворотных сопла с встроенными водомётами, оснащёнными электронасосами. При повороте сопел лодка могла разворачиваться на месте, всплывать, погружаться, двигаться горизонтально. Два члена экипажа располагались в лодке лёжа. Прямо перед ними находились два иллюминатора. Кинокамера, мощные осветители, способность передвигаться очень медленно, подплывая к подводным объектам на максимально близкое расстояние – всё это превращало «блюдце» в идеальный инструмент для киносъёмок и подводных исследований. Вторая модель лодки была дополнена механической рукой-манипулятором с дистанционным управлением.

«Ныряющее блюдце» использовалось в очень многих экспедициях Кусто. Звёздный час этой лодки пришёлся на программу «Коншельф», когда она превратилась в транспортное средство, курсирующее между подводным домом и «Калипсо»...

В том же 1957 году Жак-Ив Кусто принял предложение властей Монако возглавить Океанографический музей и переехал с семьёй на постоянное жительство в этот город-государство. В Монако он прожил долгие годы, вернулся сюда после десяти лет жизни в США, сюда приезжал на склоне лет… Но жизнь в Монако всегда носила эпизодический характер. Кусто слишком много путешествовал, чтобы говорить о более-менее постоянном проживании где-либо. Его настоящим домом была капитанская каюта «Калипсо». И… вся наша планета, которую он проплыл и исколесил вдоль и поперёк.

До Кусто Океанографический музей Монако представлял собой сонную академическую организацию, собрание пыльных экспонатов и пристанище престарелых учёных мужей. Жак-Ив превратил это поросшее паутиной заведение в научно-исследовательский центр, в живое, действующее учреждение, в настоящий музей, собравший огромное количество ценнейших экспонатов, в центр мировой океанографии. Он возглавлял Океанографический музей в течение 40 лет. И, хотя никогда не был кабинетным учёным, находил время для этого центра, который при Кусто, буквально, возродился…

У Жака-Ива Кусто была удивительная способность всему, чем он начинал заниматься, придавать новый импульс. Люди, с которыми Кусто сталкивала судьба, заряжались его энергией и перенимали его убеждённость. У него было немало критиков. Но осмеливавшихся спорить с Кусто глаза в глаза можно пересчитать по пальцам. Недавних противников он превращал если ни в сторонников, то в… сочувствующих.

В 1956 году выступая на Лондонском конгрессе по подводным исследованиям Кусто заявил: «Мы движемся в сторону изменения человеческой анатомии, чтобы дать людям поистине неограниченную свободу под водой».

Это были не просто слова. В семидесятые годы учёный мир облетела сенсация о «водяных мышах» - обычных мышках, которые стараниями голландского учёного Килстра обрели возможность дышать под водой. Затем последовал эксперимент того же Килстра с добровольцем Фалейчиком – первым в мире человеком-амфибией. Но дальнейшие исследования в этой области были засекречены. Это произошло в 1976 году после изобретения аппарата по извлечению кислорода из морской воды. Владельцем патента стала американская компания «Аквантик корпорейшн». Но до сих пор устройств, использующих «гемоглобиновый» принцип извлечения кислорода, так и не появилось…

В 1964 году по инициативе Кусто 30 стран нашей планеты подписали Декларацию о начале подводной эры. Документ был вложен в бронзовый цилиндр и торжественно затоплен в Средиземном море с борта генуэзского судна. Копия Декларации была направлена в ООН. Так Кусто начал выполнение собственной программы по освоению подводного мира. Вершиной исследований должен был стать подводный дом «Преконтинент IV», который Кусто планировал установить (к 1980 году) на глубине в… 4 километра! И жить в этом доме должны были люди нового типа – умеющие дышать как атмосферным воздухом, так и морской водой.

Фантастический проект… Но что в жизни Кусто можно назвать не фантастическим?

Комментарии: